Главное, что произошло с людьми в России (а, возможно, и в мире), произошло не сейчас.
Начало было положено в 1917-м, процесс в целом шёл до середины века.
Человеческая культуры - любая! - это система нравственных ограничений, условностей, мифов, представлений, в том числе и иллюзий. Все они, без исключения, кажутся практически необоснованными, иногда бессмысленными; все они соблюдаются "по договорённости", их систематические нарушения в целом осуждаются, хотя постоянно происходят. Только в рамках этих условных культурных представлений что-то может расцениваться как должное, а что-то как недопустимое.
Реальная жизнь никогда, ни в каких человеческих сообществах и государствах, не соответствует на 100% представлениям о должном, а уж тем более - о желанном. Но недопустимое происходит крайне редко, потому что безусловно осуждается всеми, вызывает всеобщее возмущение. Да, вплоть до бунтов. Беспощадных и , разумеется, бессмысленных, потому что бунт - это стихийное возмущение против недопустимого. Обычно в этом стихийном возмущении не может сформироваться позитивная программа установления более справедливого и должного порядка, есть только смутное общее представление о нём.
Поэтому энергия бунта обычно иссякает, когда "наказуется", "устраняется" недопустимое. Ситуация в результате никогда не меняется к лучшему: гнойник воспаляется, капсулируясь ограничениями той же культуры, прорывается, выпускает гной и постепенно заживает. Ну, возможно, что "общественный организм" приобретает некоторый иммунитет к прежним возбудителям абсцесса, либо же уясняется общественная польза от соблюдения санитарных норм и профилактик.
Абсцесс в России рубежа веков развивался в рамках прежней привычной культуры с её заблуждениями и ограничениями. Лечить его не сумели, но и не боролись с ним путём тотальной ампутации всех конечностей и членов - это представлялось несообразным и неадекватным. Юноши и девушки увлечённо паяли бомбы царей взрывать - их ловили, судили, наказывали, даже вешали иногда. Но не поражали в правах их матерей, не мешали младшим братьям оканчивать гимназии с золотыми медалями и поступать в университеты. Взрослые граждане могли всю жизнь заниматься исключительно одной антигосударственной деятельностью, готовить переворот и призывать к бунтам - им за это полагалась ссылка в деревню на казённый счет или высылка заграницу. Никто не считал возможным прижигать отдельные гнойники калёным железом до костей.
Потом произошёл взрыв. В котором верх взяли самые жестокие и беспринципные. "Вышедшие за рамки".
Это был кардинальный слом прежней культуры, с её представлениями о том, что можно и чего нельзя. Но произошёл он не мгновенно - лет за 20-30.
Белое движение проиграло вовсе не потому, что якобы не учло каких-то чаяний народа. И не только потому, что лозунг о "единой и неделимой" мало кого вдохновлял. Белые, при всей финальной озверелости, оставались ментально в таких рамках, которые для "красных вождей" уже не существовали. Белые не готовы были считать нормой расстрелы семей и заложников, тотальное истребление недовольных граждан - а красные без рефлексий поставили эти приёмы на поток.
Общим местом тогдашних впечатлений от происходящего "под красными" было: "Так не может продолжаться долго! Народ не станет терпеть! Народ поднимется и расправится с этими убийцами!.."
Но красные это тоже поняли. Тем более, что народ действительно возмущался и даже поднимался было расправляться. Он ведь пока ещё, целые десятилетия, сохранял прежние представления о том, что недопустимо. То есть, в "нормальных прежних условиях" нарыв ещё должен был рвануть - до заживления и рубцевания "в прежних понятиях". Значит, красным, если они хотели удержать власть, оставалось одно: истребить всех, кто эти "прежние понятия" помнит.
Они так и поступили. Сначала поголовно разоружили, усмирили, а потом истребили.
Причём, в "истребители" позвали тех, кто легко мог усвоить, что можно всё. Недопустимого нет. Нет меры, которую нельзя превышать.
Можно избивать, издеваться, насиловать, унижать, мочиться на голову, заставлять глотать испражнения - до тех пор, пока жертва не согласиться целовать руку своего мучителя, обливаясь благодарными слезами. Если и тогда не согласится - можно добить. И делать это надо демонстративно, чтобы остальным неповадно было даже посмотреть косо.
Эти "истребители" составили костяк ЧК-ГПУ-НКВД-КГБ, "элиту" славной и уважаемой многими организации.
У них учился Путин.
Он хорошо учился.
А то некоторые из его "соратников" за время вегетарианских спокойных десятилетий успели заразиться рефлексиями из прочитанных книжек - о том, что в действиях нужна какая-то соразмерность, адекватность, законность, что не всё допустимо. Он - нет, не заразился. Он знает, что ничего недопустимого нет. Что ограничивать себя какими-то рамками и вымышленными законами - просто слабость.
Он хорошо знает народ нашей страны. Он знает, что все хотят просто жить. Оружия ни у кого нет. Сил сопротивляться - тоже. И ни у кого на самом деле и нет давно никаких представлений о недопустимом - только "фантомные иллюзии" о том, как хотелось бы.
Народу, привыкшему к произволу как к норме, достаточно показать в новостях два сюжета про изнасилование в ментовке насмерть бутылкой от шампанского или ломом. И все сразу вспомнят, что туда можно случайно угодить. Видите, мол, что творят, мерзавцы? Да, это они слегка чересчур, перегнули. Мы их накажем, непременно! Лишим премии... Но вы же не хотите к ним попасть, нет?.. Ну, вот видите - не хотите. И это правильно. Расходитесь. По домам все! Пшли вон!..
Поэтому посадка любого, произвольно избранного недовольного - это мелочи. Мелкая такая, нежная демонстрация тезиса: "Всё будет по-нашему!" А то ломом - тоже можно.
* * *
Не надо ломать культурные рамки. Даже если они не устраивают и кажутся бессмысленными. Жить без них будет хуже. А то и просто станет невозможно.
А Путин - это, всего лишь, результат.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
