Триптих

I. ОБ ИМПЕРИИ, ЛЮБВИ И ФЕДЕРАЦИИ (СЧАСТЬЕ И ДРАМА ИМПЕРАСТОВ) 

Россия — империя мессианская. Это значит не просто стремление иметь огромные территории, включить в свой состав царства и народы, но стремление научить их жить "правильно". При этом высшей степенью лояльностью считается любовь покоренных к империи. Это - еще одна византийская зараза. Ни персам, ни римлянам, ни османам, ни монголам, ни испанцам, ни англичанам в голову не могло придти добиваться, чтобы их любили. Кроме собственно империи, империя, как атрибут подлинного величия должна обладать "империумом" — сферой влияния. Строго говоря, по латыни "федерация" - это земля федератов.

Федераты — это народы-союзники Римской империи. Каждый в РФ знает, где кончается Россия и начинается "Российская Федерация". Язык не обманешь. Россия — страна племени Росс, как Британия — страна племени бриттов. Российская Федерация — это земли народов - "союзников России". С СССР тут было все в порядке. Каждый русский знал, что коммунизм (большевизм) — это высшее воплощение русской идеи. Русский видел, что его окружают не только народы — вошедшие в его страну, но и признающие его идею своей. А еще его страна окружена поясом союзников. И каждый год хоть одна новая страна просилась дружить. Русский ворчал на нахлебников, но внутри ему было приятно. Для русского, травмированного распадом империи, а главное — империума, мгновенного избавления от иллюзии всеобщей любви, необычайно терапией стало восстановление империума, пусть и купленного. На этом основан государственный Союз с Беларусью. И Евразийский союз. Но настоящим бальзамом стало появление искусственных лимитрофов, по настоящему обожающих Россию, видящих в ней надежду и спасение - Приднестровья, Абхазии, Южной Осетии. А также появление настоящего "европейского союзника" — Сербии Милошевича (сразу забылось холодное дистанцировании от СССР Югославии). Это стало такой чудесной терапией для страдающих посттравматическим имперским синдромом, что война за эти лимитрофы буквально стала реализацией новой русской идеи, а местные "кукольные" (по сравнению с русской великодержавностью) национализмы, особенно — сербский, эталоном национальной идентичности. Но эмоции хорошо подкреплять новыми чувствами. Поэтому русское имперское сознание не только нуждается в том, чтобы где-то на планете было хоть крошечное образование, стремящиеся в Россию, но чтобы периодически имперский мессианский статус России подкреплялся обновлением перечня федератов.

И о, чудо, о, радость! К России "примчался" не просто Севастополь/Данциг, но и Крым/Эльзас!!! Лет 90 назад это одно исцелило бы почти все "версальские" психотравмы немцев. Но здесь еще и Донбасс! Не унылая ситуация с периодически взрывающимися шахтерами Кузбасса, не горести шахтеров Воркуты, в том числе, этнических украинцев, которым не хватает средств для переезда в ЦОР (центральные области Россию). Но шахтеры Донбасса, которые захотели стать "федератами". Россия, которая слушала про бесконечные теракты на Кавказе под неумолчные крики что, мол, хватит его кормить, и свыкалась с мыслью об исторически неизбежном расставании, а значит и окончательном превращении из эпической империи в банальное национальное государство, вдруг экстатически переживает вторую (третью) молодость - нашлись люди, которые ее любят, в нее хотят и не только в качестве гастарбайтеров, но хотят придти к ней "с землей", просят, молят о защите. Так в последние десятилетия Западноримской империи римлян воодушевило, когда недавние неверные "федераты" — галлы, германцы, венеды бросились к Риму с просьбой защиты от гуннов. И Аэций Флавий повел их в бой на Каталаунские поля. Россию снова любят. У нее снова есть идея — "Русский мир" — третий извод панславизма. Десятки миллионов у телевизоров и компьютеров до изнеможения участвуют в сеанс виртуальной любви к ним. Тысячи, которым было тускло жить, поучили уникальный шанс красиво умереть за "Русскую весну". Вот секрет счастья — миллионам латентных имперастов — непрерывная идеологическая мастурбация, сотням латентных суицидников — идеологическая эвтаназия (как определил их судьбу пославший их на арену цезарь "для русского человека на миру и смерть красна").

I A. ЧТО КРЕМЛЬ НЕ ПРОСТИТ ЗАПАДУ 

Нынешняя Россия позиционирует себя как главный противовес западному либерализму и революциям, полностью копируя политику Николая Первого с 1848 года и в течение Крымской войны. Такая несколько архаичная консервативная политика. Кремлю очень трудно простить Западу ликвидацию дружеских деспотий Саддама Хусейна и Муамара Кадаффи. Такой вот старый добрый легитимизм: "верните во Францию Бурбонов!". Впрочем, николаевская Россия (это — мем) в 1848-49 году изо всех сил спасала и спасла прусских Гогенцоллернов и венских Габсбургов. Но самый страшный грех Запада в глазах Москвы - независимость Косово. Отделение края Косово окончательно превратила Сербию из микроимперии в банальное балканское национальное государство. Но пламенная сербская великодержавность стала в середине 90-х для страдающего от постимперских психотравм России образцом. Поэтому удары НАТО весной 1999 года - это самое страшное для Москвы - символическое развенчание имперского принципа. Кремлю наглядно показали, что было бы если бы он в декабре 1991 не поступил рационально - не распустил большую часть империи добровольно и бескровно. Забавно, что уход от сербов черногорцев, окончательно похоронивший европейский панславизм, никаких треволнений не вызвал.

II. ГИТЛЕР, ПУТИН И БЕЗУМИЕ 

Перечитывая "Провокацию" Ст.Лема, лишний раз убедился, что Холокост (включающий юдоцид, ромацид, гомоцид, егроцид [истребление евреев, цыган, геев и неизлечимо больных] - было идеей одного Гитлера. У него, разумеется, было масса сторонников, активных помощников в этом деле. Но на уровне лиц, принимающих решение, геноцид воспринимался настолько политически контрпродуктивным и ресурсозатратным (одно отвлечение войск и железнодорожного транспорта в разгар тяжелейших боев, не говоря уже о неизбежной деморализации личного состава), что если бы не Гитлер, никто бы такую инициативу на себя бы не взял. Именно и только маниакальное рвение и железная воля фюрера толкала идею Холокоста через все препятствия. Гитлер как медиум шел за неким голосом, требующим от него миллионы жертв. Других медиумов в рейхе не было.

Я убежден, что идея расчленения и частичной оккупации Украины — лично путинская. В его окружении полно тех, кто ее поддержал, кто разрабатывал детали и придумывал пропагандистские находки, например, насчет десантников, воюющих за границей в отпуску на собственной технике (это в год, когда прокуроров на турецкие курорты не пустили). Но непрерывная воля, заталкивающая страну все глубже в войну и разрыв с Западом — это только его. В марте я сказал, что Россия обязательно вторгнется в Украину. несмотря на все рациональные доводы. Потому что ею руководит лунатик с бритвой.

Два медиума, ввергающих страны в пропасть. И ужас, парализующий тех в их окружении, кто видит все явные признаки безумия в происходящем.

III. О "НАДО ХОДИТЬ НА ВЫБОРЫ"

Слушал в районе 14 сентября "Эхо Москвы" и размышлял, что заставляет вроде умных людей призывать участвовать в выборАх. Особенно меня растрогал довод (говориться аффектированно мужественно): если не пойти на выборы, то как ты потом скажешь депутату (вариант — власти), что ты сволочь делаешь — мы же вас выбирали! Хи-хи-хи (мысленно спрашиваешь со всей ехидненной злобностью ): как ты пройдешь к депутату - там охрана и бюро пропусков? Ну, подловишь ты депутата на приеме в округе, а он — так ведь ты, душа-человек, не за меня голосовал. А мои избиратели — мною довольны. Рабочая гипотеза. Призывающий ходить на выборы и этим (ЭТИМ) менять жизнь нашего общества дает знать начальству, что он - не радикальный экстремист, а умеренный вольнодумец, и вовсе не безнадежен, если с ним правильно повести воспитательную работу. Еще это дает возможность замаскировать свой интеллект. Так строя коварную интригу, женщина притворяется "блондинкой". Мне очень нравится посыл громогласно задаваемого вопроса: а как еще, ты думаешь, поменять, не путем ли кровавого переворота? По правилам игры (черное, белое не называть, "да" и "нет" — не говорить, вам барыня прислала 100 рублей), например, ответить, что я, мол, отнюдь, хочу исключительно бескровный переворот - не полагается. Поэтому надо либо изображать слюнявого дурачка и поддакивать: да.да, очень важно участвовать в выборах. особенно наблюдать за ними. Либо сказать: "а я и вовсе ни хочу перемен: здесь чуть стронешь с места - все и рухнет", а потом уйти от провокатора пить холодное пиво или теплую ряженку... Можно проявить интеллектуальную честность и сказать: будет здесь кровавая революция или нет, это не зависит ни от нас, ни от нашего участия в этих выборАх. Потому, что жизнь учит (а история показывает — два моих любимых мема), что сперва происходит демократическая революция, а потом — свободные выборы. Потом!

Евгений Ихлов