В последний день зимы 2008 года в Москве был задержан политик, публицист, один из лидеров национал-большевиков Владимир Абель. Скорый суд приговорил его к штрафу за "незаконное пребывание" в России и депортации в Латвию. "Незаконное пребывание"… Это обвинение предъявляется человеку, который после развала СССР остался без всякого гражданства. И начал одним из первых борьбу за права русскоязычных жителей Латвии. Нынешние кремлевские патриоты в девяностые годы об этой проблеме и не вспоминали. В России Абель находился как политэмигрант почти пять лет. Латвийские власти обвиняют его в попытке покушения на президента Вике Фрайберге. Есть достаточные основания предполагать, что между российскими и латвийскими спецслужбами существуют вполне дружеские отношения. Ведь именно ФСБ в 2001 году "скинуло" в Ригу информацию о национал-большевиках, направлявшихся в этот город, чтобы совершить акцию в поддержку ветеранов Великой Отечественной. В свою очередь, латышские коллеги обитателей Лубянки выдвинули обвинения против Абеля сразу после того, как он в России фактически развалил своими показаниями "дело" Лимонова. Все это очень похоже на служебную солидарность. Неудобны для системы такие люди, как Абель.

Ну, хорошо: латыши строят свое национальное государство. Предположим, что Владимир для них русский империалист. Но почему ему не нашлось места в современной России? Казалось бы, борец за права русских в Прибалтике мог бы сделать блестящую карьеру при нынешнем режиме. Тем более, Абель отличный журналист, "золотое перо" политической публицистики. Стоило бы ему захотеть — и двери самых крупных и известных редакций распахнулись. Однако Абель не писал в " Известия", не играл в политшоу на Первом канале. Свою жизнь он связал с радикальной оппозицией. Человек, боровшийся за права русских, должен был скрываться от российского государства, жить в России на нелегальном положении. Выходить на улицу только затемно. А в это же время процветали (и продолжают процветать) бездарные перевертыши, меняющие мировоззрение раз в пятилетку.

Выдворен за "незаконное пребывание" в России… Цензурных слов не хватает.

Некоторые вполне либеральные СМИ поднимают вопрос: имеют ли право иностранные граждане, живущие в России, критиковать Кремль. Данная дискуссия была затеяна после депортации из РФ гражданки Молдавии, журналистки Натальи Морарь. По-моему, это безумная постановка вопроса. Разве неприятие зла может иметь какие-то границы? Разве моральная позиция зависит от паспорта? Я думаю, что человек без гражданства Владимир Абель причастен к судьбе России куда больше, чем многие ее граждане.

3 марта в Москве и в Питере пройдут "Марши несогласных". Совершенно не понимаю определенную часть либеральной интеллигенции, рефлексирующую по поводу "выходить или не выходить" на улицы. Разве остался какой-нибудь выбор? Какие еще нужно получить оскорбления, чтобы наконец разозлиться? Возможно, некоторые интеллектуалы чувствуют определенную неловкость в толпе. Так это — напрасно. Немного есть ощущений, так обогащающих индивидуальность, как соприкосновение со стихией массового протеста.

Самая большая вина современной русской интеллигенции — это потеря чувства сопричастности к истории. Если говорить всерьез, вопрос "Почему я иду на Марш несогласных?" вообще не должен возникать в нашем сознании. Идем, потому что иначе нельзя. Неприлично. Быть сегодня "согласным" значит говорить "да" торжеству лжи, подлости, жестокости, алчности, лицемерия… Значит предавать "книги, которые в детстве читал".

У меня есть свобода выбора. Но не протестовать я не имею права.

Алексей Лапшин

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Уважаемые читатели!
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция